Однажды достопочтенный Сарипутта проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. И в то время достопочтенный Сарипутта наставлял, понуждал, побуждал и радовал монахов беседой о Дхамме, произносимой речью, которая была безупречной, ясной, чётко сформулированной, превосходно раскрывающей смысл. И те монахи слушали Дхамму, склоняя к ней ухо, относясь к этому как к вопросу жизни и смерти, направляя на это весь свой ум целиком. И тогда мысль пришла к достопочтенному Вангисе: «Этот достопочтенный Сарипутта обучает монахов Дхамме речью, которая является безупречной, ясной, чётко сформулированной, превосходно раскрывающей смысл. А те монахи слушают Дхамму, склоняя к ней ухо, относясь к этому как к вопросу жизни и смерти, направляя на это весь свой ум целиком. Что, если я произнесу восхваление, обращаясь напрямую к достопочтенному Сарипутте, уместными строфами?» И тогда достопочтенный Вангиса поднялся со своего сиденья, закинул внешнее одеяние за плечо и, подняв сложенные ладони в почтительном приветствии достопочтенного Сарипутты, сказал ему: «Вдохновение снизошло на меня, друг Сарипутта! Вдохновение снизошло на меня, друг Сарипутта!». «В таком случае, вырази своё вдохновение, друг Вангиса». И тогда достопочтенный Вангиса уместными строфами произнёс восхваление, обращаясь напрямую к достопочтенному Сарипутте: «Он умный, в мудрости глубокий, Умелый в истинном пути и ложном, Он Сарипутта c мудростью великой, И обучает Дхамме он монахов. Он учит кратко, Говорит детально. И его голос, словно пение майны, На вдохновенную беседу льётся.