А если ум гоняться стал за наслажденьями Иль алчет в разных сферах бытия рожденья, То усмири его памятованием, как быка, Охочего лишь до зерна, дурного. Шесть строф Глава первая Сириманда Тхера Питает дождь лишь то, что скрыто, Открытое питать не в силах он. Открой же скрытое, мой друг, Чтоб не залило его ливнем. Сражён погибелью сей мир, Пропитан увяданьем, Пронзён стрелою жажды, Желаньями ведом. Сражён погибелью сей мир, Истерзан он стареньем, Стеною окружён со всех сторон, Как вор, приговорённый к заточенью. Старость, болезнь и смерть: Три этих — словно огненная лава. Нет сил ни у кого её преодолеть, Нет быстрых ног, чтоб ускользнуть. Не трать напрасно дни свои, Ни длинные, ни краткие; Уходит день иль ночь — И жизнь короче стала. Идёшь или стоишь, Сидишь или лежишь — А ночь последняя близка, Не время безрассудным быть. Шесть строф Глава первая Саббаками Тхера Поставленное на две ноги, нечисто и зловонно это тело: Собрано из множества частей, Сочится нечистотами из всех отверстий, Но всё ж лелеемо оно глупцами. Для рыб приманка, Для оленя чучело, Для обезьяны яма с дёгтем — Так и простофилю дурачит его тело.