В какой-то момент, монахи, по истечении долгого периода, случается так, что открывается западная дверь… северная дверь... южная дверь Великого ада. Он бежит к ней быстрыми шагами. По мере того как он делает так, его внешняя кожа горит, его внутренняя кожа горит, его плоть горит, его сухожилия горят, его кости начинают дымиться. И точно так оно каждый раз, как он поднимает ногу. Когда он наконец-таки достигает двери, та захлопывается. Там он чувствует болезненные, мучительные, острые чувства. Но всё же он не умирает, покуда плохой поступок не истощит своего результата. В какой-то момент, монахи, по истечении долгого периода, случается так, что открывается восточная дверь Великого ада. Он бежит к ней быстрыми шагами. По мере того как он делает так, его внешняя кожа горит, его внутренняя кожа горит, его плоть горит, его сухожилия горят, его кости начинают дымиться. И точно так оно каждый раз, как он поднимает ногу. Он выходит через эту дверь. И сразу за Великим Адом идёт бескрайний Ад испражнений. Он туда падает. В этом Аду испражнений существа с игловидными ртами пробуривают его внешнюю кожу, пробуривают его внутреннюю кожу, пробуривают его плоть, пробуривают его сухожилия, пробуривают его кости и пожирают его костный мозг. Там он чувствует болезненные, мучительные, острые чувства. Но всё же он не умирает, покуда плохой поступок не истощит своего результата.