Ангуттара Никая: Книги одного, двух и трёх

ฉบับแปลรัสเซีย · Sutta Piṭaka — The Basket of Discourses · Volume 20 · 263 pages

Summarised by AI from the whole volume (130 topics) — click to jump to where a topic begins.

Page 1–3 Рупади-вагга: то, что овладевает умом мужчин и женщин Будда говорит монахам, что нет таких форм, звуков, запахов, вкусов и прикосновений, которые овладевали бы умом мужчины так, как форма, звук, запах, вкус и прикосновение женщины; и наоборот, то же самое верно для ума женщины. Это указывает на власть пяти нитей чувственности над умом обычных людей обоих полов. Это вступительный раздел Ангуттара-никаи, Эканипаты (Книги единиц), построенный по повторяющемуся образцу с последовательным перебором сфер чувств.
Page 3–5 Нивараннаппахана-вагга Будда попарно излагает, что служит причиной возникновения или усиления пяти помех — чувственного желания, недоброжелательности, вялости и сонливости, беспокойства и сожаления, сомнения, — и что служит причиной того, что они не возникают или оставляются. Например, неправильное внимание к привлекательному признаку порождает чувственное желание, а развитие освобождения ума доброжелательностью — причина оставления недоброжелательности. Это основной принцип практики для медитирующих — исследовать пят
Page 5–7 Читта-вагга: неразвитый ум и развитый ум Будда говорит, что нет ничего, что, будучи неразвитым, вело бы к столь великому вреду, или, будучи развитым, — к столь великой пользе, как ум. Он повторяет это в разных аспектах — непроявленности или проявленности, неумножения или умножения: необученный ум приносит страдание, а хорошо обученный ум приносит счастье. Это подчёркивает важность развития ума как основы всей практики Дхаммы.
Page 7–9 Аданта-вагга Продолжая предыдущую главу, Будда показывает, что необузданный, неохраняемый, незащищённый и несдержанный ум ведёт к великому вреду, а обузданный, охраняемый, защищённый и сдержанный ум ведёт к великой пользе. Глава заканчивается суттой, объединяющей все четыре качества, подчёркивая, что всесторонняя забота об уме — ключ к освобождению от страдания.
Page 9–11 Панихита-аччха-вагга: сравнения с остью, прозрачным прудом и сияющим умом Эта глава полна глубоких сравнений. Она начинается с того, что ость риса, направленная не в ту сторону, не уколет руку, а направленная правильно — уколет; так и неверно направленный ум не может разрушить неведение и достичь ниббаны. Далее говорится, что человек с загрязнённым умом отправляется в ад, а с чистым умом — на небеса; приводится сравнение с мутным и прозрачным прудом, в котором видно или не видно, что находится в воде; сравнение сандалового дерева, лучшего из всех деревьев, с хорошо ра
Page 11–13 Аччхарасангхата-вагга Эта глава продолжает тему сияющего ума: необученный обычный человек не знает в соответствии с действительностью, загрязнён ли ум или освобождён, и поэтому не развивает ум, в отличие от обученного благородного ученика. Затем Будда учит: даже если монах развивает ум доброжелательности лишь на мгновение щелчка пальцами, он считается не лишённым джханы, следующим учению Учителя и не напрасно вкушающим подаяние страны. В завершение — принцип: все дхаммы, благие или неблагие, предваряются умом как пре
Page 13–16 Вириярамбхади-вагга: условия роста и упадка благих дхамм Серия коротких сутт, перечисляющих в виде противоположных пар качества, являющиеся причиной упадка или роста благих дхамм: приложение усилий и леность, маложелание и многожелание, неудовлетворённость и удовлетворённость, правильное и неправильное внимание, хорошие и дурные друзья. Каждая пара излагается по одному образцу: это качество — единственная причина, по которой невозникшие неблагие дхаммы возникают, а возникшие благие дхаммы приходят в упадок, или наоборот. Это учение об основных умствен
Page 16–18 Кальянамиттади-вагга Продолжая предыдущую главу, здесь говорится о хорошем друге как причине роста благих дхамм, о следовании и неследовании благим и неблагим дхаммам, о правильном или неправильном внимании как причине того, возникают ли факторы пробуждения и достигают ли полного развития. Затем Будда сравнивает: утрата родственников, богатства и славы — дело малое, а утрата мудрости — худшая из утрат. Он учит монахов прежде всего прилежно обучаться ради роста мудрости.
Page 18–21 Памадади-вагга: условия великой пользы и великого вреда Эта глава вновь приводит прежний набор качеств — беспечность, леность, многожелание, неудовлетворённость, неправильное внимание, дурных друзей и противоположные им качества — в новой рамке: каждое из них — единственная причина, ведущая непосредственно к великому вреду или великой пользе, уже без специальной привязки к возникновению или упадку благих и неблагих дхамм. Это подчёркивает важность этих основных добродетелей с более широкой точки зрения.
Page 21–23 Внутренний и внешний факторы пользы и вреда Будда делит прежний набор качеств, например беспечность или небеспечность, леность или усердие, на два фактора: внутренний фактор (аджджхаттикам ангам), то есть собственные умственные качества, и внешний фактор (бахирам ангам), то есть наличие хороших или дурных друзей и следование дхаммам; каждый фактор — единственная причина, ведущая к великому вреду или великой пользе. Это показывает, что и внутренние факторы личности, и внешние социальные условия влияют на рост или упадок Дхаммы.
Page 23–25 Причины упадка и устойчивости истинной Дхаммы Прежний набор качеств излагается снова, но в контексте, выходящем за пределы отдельного человека: как причины помрачения и исчезновения истинной Дхаммы или как причины её устойчивости и непомрачения. Например, беспечность — причина упадка истинной Дхаммы, а небеспечность — причина её сохранения. Это связывает личные добродетели с долговечностью учения в целом. Этим завершается десятая глава раздела об отдельных качествах.
Page 25–28 Монахи, разрушающие или сохраняющие истинную Дхамму Будда порицает монахов, которые объявляют не-Дхамму Дхаммой, Дхамму — не-Дхаммой, не-дисциплину — дисциплиной и искажают сказанное или не сказанное Татхагатой, совершённое или не совершённое Татхагатой, установленное или не установленное им, — как причину великого зла и разрушения истинной Дхаммы. И наоборот, монахи, излагающие всё верно, в соответствии с действительностью, обретают великую заслугу и помогают сохранить истинную Дхамму. В конце это распространяется на неверное или верное определе
Page 28–30 Экапуггала: единственная несравненная личность в мире Это новый раздел, говорящий о единственной личности, которая, появляясь в мире, приносит пользу и счастье множеству людей, — о Татхагате, Архате, Полностью Пробуждённом. Показывается, что его появление в мире крайне редко, что он удивительный человек, не имеющий себе равных, что его уход в ниббану повергает многих в печаль, а его появление приносит великий свет и достижение различных путей и плодов. В завершение досточтимый Сарипутта восхваляется как тот, кто превосходно и должным образом продол
Page 31–34 Этадагга: первенствующие среди учеников Будда провозглашает и восхваляет отдельных учеников как превосходящих других в различных качествах. Они разделены на группы: монахи — например, досточтимый Аннья Кондання, первый по старшинству опыта, досточтимый Сарипутта — по великой мудрости, досточтимый Моггаллана — по сверхобычной силе, досточтимый Ананда — по учёности и служению; монахини — например, Махападжапати Готами, Кхема, Уппалаванна; миряне — например, богатый домохозяин Анатхапиндика; мирянки — например, Висакха. Это почётный спис
Page 34–36 Аттхана, часть 1: невозможное для обладающего правильным воззрением Будда излагает естественный закон: невозможно, чтобы личность, обладающая совершенным воззрением, то есть вошедший в поток и выше, считала какое-либо обусловленное явление постоянным, счастьем или самостью, тогда как обычный человек ещё может так заблуждаться. Кроме того, невозможно, чтобы обладающий совершенным воззрением убил мать, отца или архата, ранил Татхагату до крови, вызвал раскол в Сангхе или почитал другого учителя; и невозможно, чтобы в одной мировой системе одновременно появились дв
Page 36–39 Аттхана, часть 2: женщины и высшие положения, а также закон каммы Продолжая предыдущую часть, Будда показывает, что так же невозможно, чтобы в одной мировой системе одновременно появились два вселенских монарха, и невозможно, чтобы женщина была Архатом, Полностью Пробуждённым, вселенским монархом, Саккой, Марой или Брахмой — эти положения принадлежат только мужчинам. Затем он излагает закон каммы: невозможно, чтобы дурное поведение телом, речью или умом приносило желанный результат, и невозможно, чтобы три вида благого поведения приносили нежеланный результат;
Page 39–40 Апара-экадхаммади: десять памятований как причина ниббаны Начинается новый раздел об отдельных качествах. Будда показывает, что одно качество, будучи развито и умножено, ведёт исключительно к разочарованию, бесстрастию, прекращению, успокоению, непосредственному знанию, пробуждению и ниббане, — это развитие десяти памятований: памятования о Будде, о Дхамме, о Сангхе, о нравственности, о щедрости, о божествах, осознанности дыхания, памятования о смерти, осознанности тела и памятования о покое. Это знакомит с медитативной практикой памятований как с путё
Page 40–43 Неправильное и правильное воззрение: сравнение с горькими и сладкими семенами Будда учит, что нет ни одного качества, которое было бы столь же единственной причиной роста неблагих дхамм или упадка благих, как неправильное воззрение, и нет ни одного, которое было бы столь же причиной противоположного, как правильное воззрение; они же ведут существ соответственно в несчастный или благой удел. Затем он сравнивает: у человека с неправильным воззрением все телесные, речевые и умственные действия, намерения и устремления ведут к нежеланному, подобно семенам нима или горькой тык
Page 44–46 Человек, уводящий множество людей с пути или ведущий их верным путём, и хорошо и дурно изложенная Дхамма Будда показывает, что один-единственный человек с неправильным воззрением может увести множество людей от истинной Дхаммы к неистинной, тогда как человек с правильным воззрением возвращает людей к истинной Дхамме; он говорит, что нет большего вреда, чем неправильное воззрение. В качестве примера он приводит Маккхали Госалу как пустого человека, рождённого на погибель множеству существ, подобно сети, поставленной в устье реки и губящей рыбу. Затем Будда показывает, что в дурно изложенной Дхамме и
Page 46–48 Сравнения о редкости драгоценных возможностей Будда сравнивает: как в Джамбудипе мало приятных мест вроде садов или рощ, а неровных мест с оврагами и пропастями больше, так и существ, рождённых на суше, меньше, чем водных; рождённых людьми меньше, чем нелюдей; рождённых в срединной стране меньше, чем в пограничных землях; мудрых меньше, чем глупых; и тех, кто видит Татхагату, слушает Дхамму, запоминает Дхамму, исследует смысл, практикует в соответствии с Дхаммой, испытывает духовное волнение, достигает сосредоточения или вкушает вкус смысла
Page 48–50 Редкость рождения в благом уделе в сравнении с дурным Используя то же сравнение, что и в предыдущей главе, — приятных мест меньше, чем неровных, — Будда показывает, что существ, которые, уйдя из мира людей, вновь рождаются людьми, мало по сравнению с теми, кто рождается в аду, в животном лоне или в мире голодных духов, которых больше; и то же самое верно для ухода из мира божеств, из ада, из животного лона и из мира голодных духов, с перечислением всех пар перерождений. Это подчёркивает, что рождение в благом уделе, особенно повторное рождение чело
Page 50–52 Качества, вызывающие доверие, и развитие джханы даже на мгновение Начинается раздел Пасадакара-дхамма: великое приобретение — жить в лесу, ходить за подаянием, носить одеяния из лохмотьев, иметь лишь три одеяния, быть учёным, проповедником Дхаммы и знатоком дисциплины, довольствоваться малым и редко болеть. Затем Будда учит по тому же образцу: если монах развивает первую–четвёртую джханы, четыре божественные обители, четыре основы осознанности, четыре правильных усилия, четыре основы успеха, пять способностей, пять сил, семь факторов пробуждения и восьмеричный
Page 52–55 Перечень объектов медитации и осознанность тела подобна океану Этот отрывок по прежнему образцу — развитие хотя бы на мгновение щелчка пальцами — перечисляет множество объектов медитации: созерцание внутренних и внешних форм разными способами, четыре нематериальные джханы, десять касин, восприятие непривлекательности, восприятие смерти, восприятие отталкивающего в пище, восприятие непостоянства, восприятие страдания, восприятие безличности, а также развитие десяти памятований вместе с джханами и божественными обителями. В завершение — сравнение: у того, кто
Page 56–60 Блага осознанности тела и Амата-вагга (конец Эканипаты) В продолжение предыдущего отрывка излагаются блага развития осознанности тела (памятования, охватывающего всё тело): она ведёт к духовному волнению, мудрости, освобождению, плодам четырёх путей, а также к различным качествам мудрости. Затем следует серия коротких сутт по одному образцу: не развивающий осознанность тела не вкушает бессмертного — в разных аспектах (не вкушает, утрачивает, упускает, небрежен, забывает, не следует, не развивает, не знает непосредственно, не постигает полностью, не о
Page 61–63 Ваджджа сутта: вред, видимый в этой жизни, и вред в будущей жизни Начинается Дуканипата (Книга двоек). Будда излагает два вида вреда: вред, видимый в этой жизни (диттхадхаммика-ваджджа), и вред в будущей жизни (сампараика-ваджджа). Он подробно и устрашающе описывает различные наказания, которым царь подвергает воров, чтобы показать, что люди не совершают зла из страха перед законным наказанием; вред же в будущей жизни — это результат дурной каммы, ведущий в несчастные уделы. Будда учит монахов бояться обоих видов вреда, чтобы освободиться от всякого вреда.
Page 63 Падхана сутта: трудно осуществимые усилия Будда излагает два вида усилий, трудно осуществимых в мире: усилие домохозяина в добывании четырёх необходимых вещей для жизни и усилие ушедшего из дома в оставлении всех основ привязанности (упадхи — загрязнений и того, за что цепляются), указывая, что усилие ради оставления всех основ привязанности превосходит первое.
Page 63–64 Тапания и атапания: мучающие и не мучающие качества Излагаются две противоположные пары качеств: качества, причиняющие позднее муки ума (тапания-дхамма), — совершённое дурное поведение телом, речью и умом и несовершённое благое поведение; и качества, не причиняющие мук (атапания-дхамма), — противоположное. Это учит видеть, что собственные поступки в настоящем — причина позднейших мук или спокойствия.
Page 64–65 Аппативана сутта: неотступное усилие Будда рассказывает о двух качествах, которые он открыл сам: неудовлетворённости благими состояниями и неотступности в усилии. Он приводит известную решимость: пусть плоть и кровь высохнут и останутся лишь кожа, сухожилия и кости, — он не оставит усилия, пока не достигнет того, чего можно достичь человеческой силой; это и было источником его пробуждения. Он учит монахов прилагать такое же усилие.
Page 65 Созерцание привлекательности и созерцание разочарования Излагаются два качества: созерцание привлекательности в том, что связывает оковами (саньоджания-дхамма), из-за чего человек не оставляет страсть, ненависть и заблуждение и не освобождается от страдания; и созерцание разочарования в этом, благодаря которому оставляются загрязнения и достигается освобождение от всякого страдания.
Page 65–66 Тёмные и светлые качества; стыд и боязнь проступков поддерживают мир Излагаются тёмные качества (канха-дхамма) — бесстыдство и отсутствие боязни проступков (ахирика, аноттаппа) — и светлые качества (сукка-дхамма) — стыд и боязнь проступков (хири и оттаппа). Затем Будда указывает, что именно стыд и боязнь проступков поддерживают мир, не давая социальным отношениям — например, с матерью, тётей, женой учителя — смешаться, как у животных.
Page 66 Вассупанаика: два дня вступления в сезон дождей Излагаются два дня вступления в сезон дождей: ранний (пуримика) и поздний (паччхимика). Этим завершается первая глава Дуканипаты — Каммакарана-вагга.
Page 66–69 Бала сутта: сила размышления и сила развития Будда трижды в разных контекстах излагает две силы: силу размышления (патисанкхана-бала — силу видеть вред дурного поведения и оставлять его) и силу развития (бхавана-бала), которая объясняется и через семь факторов пробуждения, и через четыре джханы как сила обучающегося, с помощью которой он оставляет страсть, ненависть и заблуждение. В завершение показывается, что Татхагата излагает Дхамму двумя способами: кратко и подробно.
Page 69–71 Самоанализ монаха, совершившего проступок, и монаха, обвиняющего его Будда учит: в любом споре (адхикарана), если ни монах, совершивший проступок, ни обвиняющий его не рассмотрят как следует самих себя, дело затянется и обострится, и Сангха не будет жить в покое; если же обе стороны как следует рассмотрят себя, дело быстро уладится. Будда подробно объясняет, как монаху каждой стороны следует рассматривать свой ум, чтобы не возникала взаимная вражда.
Page 71–72 Беседа с брахманом: причины дурного и благого уделов Некий брахман спрашивает о причине, по которой одни существа рождаются в несчастных уделах, а другие — в благих. Будда отвечает, что это происходит соответственно из-за поведения, противного Дхамме и неправедного (адхамма-чарья, висама-чарья), и из-за поведения, согласного с Дхаммой и праведного (дхамма-чарья, сама-чарья). Брахман, исполнившись веры, объявляет себя мирянином-последователем.
Page 72–73 Брахман Джануссони: сделанное и несделанное Брахман Джануссони задаёт тот же вопрос о причинах дурного и благого уделов. Будда кратко отвечает: из-за сделанного и несделанного (кататта и акататта). Когда брахман не понимает, Будда разъясняет, что имеется в виду совершение дурного или благого поведения телом, речью и умом. Брахман, исполнившись веры, объявляет себя мирянином-последователем.
Page 73–74 Ананда: то, чего безусловно не следует делать, и то, что безусловно следует делать Будда говорит досточтимому Ананде, что безусловно утверждает: дурное поведение телом, речью и умом делать не следует, а благое поведение телом, речью и умом делать следует. Когда Ананда спрашивает о вреде и пользе, Будда объясняет, что дурное поведение приводит к самоупрёкам, порицанию со стороны мудрых, дурной славе и рождению после смерти в несчастном уделе, а благое поведение приносит противоположные результаты.
Page 74–75 Оставляйте неблагое, развивайте благое – ибо это возможно и полезно Будда учит, что велит оставлять неблагое и развивать благое потому, что оставление неблагого и развитие благого действительно осуществимы и, будучи осуществлены, ведут к пользе и счастью, а не к страданию. Он подтверждает практическое обоснование этого учения простой логикой, повторяя её дважды.
Page 75 Качества, из-за которых истинная Дхамма исчезает или сохраняется Будда излагает два качества, из-за которых истинная Дхамма приходит в упадок и исчезает, — неверно установленные слова и выражения и неверно истолкованный смысл; и качества, благодаря которым истинная Дхамма сохраняется, — верно установленные слова и выражения и верно истолкованный смысл. Это показывает важность точного и правильного сохранения учения. Этим завершается вторая глава — Адхикарана-вагга.
Page 75–76 Глупец и мудрый в отношении признания проступков Описываются два вида глупцов: тот, кто не видит проступка как проступка, и тот, кто не принимает, как подобает по Дхамме, извинения другого. Мудрый же — тот, кто видит проступок как проступок и принимает извинения, как подобает по Дхамме. Это принцип совместной жизни в Сангхе.
Page 76–77 Искажение слов Татхагаты Будда описывает, как искажают (клевещут на) Татхагату в трёх аспектах: говорят из гнева или из ошибочно понятой веры; выдают несказанное им за сказанное или сказанное — за несказанное; и выдают сутты, смысл которых требует истолкования (нейяттха), за сутты с уже ясным смыслом (нитаттха), или наоборот. Всё это — искажение его учения.
Page 77 Участь скрывающих и не скрывающих свои поступки и причины жизни в лесу Будда показывает, что тот, чьи поступки скрыты, кто имеет неправильное воззрение или безнравствен, отправляется в ад или в животное лоно, а тот, кто открыт, имеет правильное воззрение и нравствен, — к божествам или людям. Он также называет две причины, по которым сам живёт в лесных обителях: ради собственного счастливого пребывания в настоящем и из сострадания к грядущим поколениям.
Page 77–78 Успокоение и прозрение: качества, причастные к истинному знанию Будда излагает два качества, причастные к истинному знанию: успокоение (саматха) и прозрение (випассана). Успокоение, будучи развито, развивает ум и позволяет оставить страсть; прозрение, будучи развито, развивает мудрость и позволяет оставить неведение. Вывод: освобождение ума возникает от угасания страсти, освобождение мудростью — от угасания неведения. Этим завершается третья глава — Бала-вагга (глава о глупцах).
Page 78 Уровень недостойного человека и уровень достойного человека Будда излагает уровень недостойного человека — неблагодарность и непризнательность (акатання, акатавети) — и уровень достойного человека — благодарность и признательность, говоря, что благодарность и признательность — качество, восхваляемое всеми благородными, и основа доброты.
Page 78–79 Два человека, которым трудно отплатить: мать и отец Будда говорит, что мать и отец — те, кому труднее всего отплатить за их доброту: даже если носить их на плечах и служить им сто лет, этого всё равно не будет достаточно, чтобы полностью отплатить, ибо они оказали детям огромную помощь, вырастив их и показав им этот мир. Но тот, кто приводит лишённых веры мать и отца к вере, безнравственных — к нравственности, скупых — к щедрости, а малоумных — к мудрости, поистине отплачивает им.
Page 79–80 Учение о действии и учение о недействии Брахман спрашивает, каково учение Готамы. Будда отвечает, что он и учитель действия, и учитель недействия: он учит не совершать (акирия) дурного поведения телом, речью и умом и учит совершать (кирия) благое поведение телом, речью и умом. Брахман, исполнившись веры, объявляет себя мирянином-последователем.
Page 80 Богатый домохозяин Анатхапиндика спрашивает о достойных даров Богатый домохозяин Анатхапиндика спрашивает, сколько существует видов людей, достойных даров, и где следует давать дары. Будда отвечает, что их два вида — обучающийся и необучающийся, — и произносит итоговые строфы: они — превосходное поле заслуг для приносящих подношения.
Page 80–83 Сарипутта излагает о людях с внутренними и внешними оковами Досточтимый Сарипутта учит монахов: человек с внутренними оковами (нравственный, но ещё удерживаемый чувственным желанием), умерев и родившись божеством, вернётся в этот мир (однажды возвращающийся), а человек с внешними оковами (достигший освобождения ума и практикующий ради разочарования и бесстрастия в отношении чувственности и существования) не вернётся (невозвращающийся). Группа божеств приходит к Будде и восхваляет это наставление. Тогда Будда идёт к Сарипутте и учит иметь способности успо
Page 84–85 Махакаччана: причина споров между разными сословиями Брахман Арамадханда спрашивает досточтимого Махакаччану, почему кшатрии, брахманы и домохозяева спорят между собой. Тот отвечает: из-за приверженности и привязанности к чувственной страсти; отшельники же спорят из-за привязанности к воззрениям; и только Благословенный преодолел и чувственную страсть, и страсть к воззрениям. Брахман, исполнившись веры, объявляет себя мирянином-последователем.
Page 86–87 Махакаччана: определение подлинного старейшины Брахман Кандараяна упрекает досточтимого Махакаччану в том, что тот не оказывает почтения престарелым брахманам. Махакаччана объясняет, что Будда определил уровни старого и молодого так: даже человек преклонного возраста, но погружённый в чувственность, — всё ещё глупец и не должен называться старейшиной, а молодой, не погружённый в чувственность, — вот кого следует называть подлинным старейшиной. Брахман, исполнившись веры, даже склоняется перед молодым монахом.
Page 87–88 Сравнение с разбойниками и царём: дурные монахи и добрые монахи Будда сравнивает: когда разбойники сильнее царя, в стране нет покоя; так и когда дурные монахи сильнее нравственных монахов, добрые монахи вынуждены молчать и уходить в пограничные земли, что не идёт на пользу множеству людей. Но когда царь сильнее разбойников или добрые монахи сильнее дурных, это ведёт к пользе и счастью множества людей.
Page 88 Неправильная практика и неверное и верное понимание сутт Будда говорит, что не восхваляет неправильную практику (миччха-патипада), будь то у домохозяина или у ушедшего из дома, поскольку она не позволяет достичь правильной Дхаммы. Он также показывает, что монахи, неверно понимающие сутты из-за искажённых слов, так что это противоречит смыслу и Дхамме, ведут множество людей к упадку и приводят к исчезновению истинной Дхаммы, а понимающие верно сохраняют истинную Дхамму. Этим завершается четвёртая глава — Самачитта-вагга.
Page 88–96 Париса-вагга: десять пар видов собраний Будда последовательно излагает черты собраний (общин монахов) в виде десяти противоположных пар: поверхностное и глубокое, расколотое и согласное, без лучших и с лучшими, неблагородное и благородное в постижении благородных истин, негодное и чистое, обученное хвастовством и обученное вопрошанием, ценящее материальное и ценящее истинную Дхамму, неравное и равное в правомерных действиях, неправомерное и правомерное. В каждой паре Будда указывает, что второе лучше; это служит мерилом качества общин
Page 96–98 Люди, рождающиеся для пользы и счастья мира, и те, кого не страшит молния Будда показывает, что Татхагата, Архат, Полностью Пробуждённый, и вселенский монарх — два человека, появляющиеся ради пользы и счастья множества людей; они удивительные люди, чья смерть повергает многих в печаль, и они достойны ступы. Он сравнивает Татхагату и Паччекабудду как двух будд, а монаха, уничтожившего загрязнения, сравнивает с благородным слоном, конём и царём львов как с теми, кто не дрогнет, даже если ударит молния.
Page 98 Кимпуриса не лжёт, и женщина не насыщается двумя вещами Будда показывает, что кимпуриса (один из видов нечеловеческих существ) не говорит лжи, видя в ней двоякий вред: не желая лгать сам и не желая ложно обвинять других. Он также говорит, что женщина умирает, не насытившись двумя вещами: половой близостью и рождением детей.
Page 98–100 Мирное и немирное совместное проживание Будда описывает немирное совместное проживание старших, средних и младших монахов: каждая сторона думает о другой плохо, не желает, чтобы другая делала ей замечания, а получив замечание, гневается; и мирное совместное проживание: каждая сторона открыта и охотно позволяет делать себе замечания из добрых побуждений, не гневаясь. Это руководство к поведению в общине монахов разного возраста.
Page 100 Спор с препирательствами: можно ли его уладить Будда показывает: в любом споре, где обе стороны говорят противоречиво, цепляются за воззрения, питают вражду, недовольны друг другом и внутренне не успокоились, дело затянется и обострится; если же внутренне они успокоились, дело не затянется. Этим завершается первая глава второй пятидесятки — Пуггала-вагга.
Page 100–102 Сукха-вагга: более десяти пар видов счастья Будда последовательно излагает виды счастья более чем в десяти противоположных парах, например: счастье домохозяина и счастье ушедшего из дома, чувственное счастье и счастье отречения, счастье с основами привязанности и без них, счастье с загрязнениями (асава) и без них, телесное и умственное счастье, счастье с восторгом и без восторга и так далее. В каждой паре Будда указывает, что счастье, свободное от загрязнений или ведущее к выходу из чувственности (отречению), всегда превосходит мирское сч
Page 102–104 Санимитта-вагга: причины возникновения неблагих дхамм Серия коротких сутт по одному образцу показывает, что неблагие дхаммы возникают потому, что есть признак, причина и условие, формирующие факторы, ощущение, восприятие, сознание или обусловленный объект, а не возникают ни с того ни с сего; поэтому оставление этого — путь к прекращению неблагих дхамм. Подчёркивается принцип: у неблагого всегда есть причины и условия.
Page 104–105 Дхамма-вагга: перечень пар качеств Это непрерывный перечень коротких пар качеств почти без дополнительных пояснений: освобождение ума и освобождение мудростью, напряжение усилия и нерассеянность, имя и форма, истинное знание и освобождение, воззрение о существовании и воззрение о несуществовании, бесстыдство и отсутствие боязни проступков, стыд и боязнь проступков, трудность в наставлении с дурными друзьями и лёгкость в наставлении с хорошими друзьями, искусность в элементах и искусность во внимании, искусность в проступках и иск
Page 105–108 Бала-вагга: глупец и мудрый в верном и неверном восприятии (конец второй пятидесятки) Будда изображает глупца и мудрого во многих аспектах верного и неверного восприятия: взваливать на себя бремя, которое ещё не пришло, / не нести бремя, которое уже пришло; считать неподобающее подобающим / подобающее неподобающим; считать не-проступок проступком / проступок не-проступком; считать не-Дхамму Дхаммой / Дхамму не-Дхаммой; считать не-дисциплину дисциплиной / дисциплину не-дисциплиной. Затем он вновь повторяет то же содержание в рамке того, у кого загрязнения (асава) растут, а у кого
Page 108–110 Аса-вагга: надежды, которые трудно оставить, и причины страсти, ненависти и воззрений Начинается третья пятидесятка (третьи пятьдесят сутт). Будда излагает две надежды, которые трудно оставить, — надежду на приобретения и надежду на жизнь; редких в мире людей — того, кто первым оказывает благодеяние, и того, кто благодарен и помнит о благодеянии; насыщенного и насыщающего других; людей, которых трудно удовлетворить, — того, кто откладывает полученное, и того, кто всё время раздаёт. Он также излагает причины и условия возникновения страсти, ненависти, неправильного воззрения и пра
Page 110 Мерило для сравнения учеников: Сарипутта и Моггаллана Будда излагает мерило (тула) для монаха, исполненного веры, который должен устремляться так: «Да стану я таким, как Сарипутта и Моггаллана», — это мерило для учеников-монахов; а для монахини, исполненной веры, — устремление стать такой, как Кхема и Уппалаванна, — это мерило для монахинь. Раздел для мирянина, исполненного веры, начинается, но обрывается, поскольку здесь заканчивается этот файл; продолжение — в следующей части.
Page 111–112 Тула сутта и порицание и похвала без размышления Окончание сутты, в которой Будда называет мирянина-домохозяина Читту и Хаттхаку Алаваку «мерилом» — эталоном для сравнения хорошего мирянина, а мирянок Кхуджуттару и мать Нанды из Велуканты — эталоном хорошей мирянки. Это показывает, что Будда приводил реальных людей как образец, с которым последователи могли сравнивать себя. Далее следуют две короткие сутты о глупце, который порицает или хвалит других, не обдумав и не рассмотрев прежде; он вредит себе и порицается мудрыми, в отличие от мудрого
Page 112–114 Неправильное поведение по отношению к матери, отцу и Татхагате; конец Аячана-вагги Две сутты о двух вещах, в которых глупец поступает неправильно: неправильное поведение по отношению к матери и отцу и неправильное поведение по отношению к Татхагате и его ученикам; это приносит ему зло и вред, в отличие от мудрого, который поступает правильно по отношению к этим людям. Далее следуют три коротких пары качеств, завершающие Аячана-ваггу: очищение ума и отсутствие цепляния ни за что в мире; гнев и затаённая обида; и качества, устраняющие гнев и затаённую обиду.
Page 114–116 Дана-вагга: материальный дар и дар Дхаммы Дана-вагга состоит из серии коротких сутт, в каждой из которых сравнивается материальное (амиса) даяние и даяние Дхаммы: дар, жертвоприношение (яга), отдача (чага), отказ (париччага), богатство, совместное пользование, разделение, поддержка, помощь и сострадание. В каждой паре Будда одинаково заключает, что «дар Дхаммы», то есть даяние Дхаммы, всегда превосходит материальный дар, поскольку это помощь уму и мудрости, ценность которой долговечнее.
Page 116–118 Сантхара-вагга: приём и поиск в Дхамме превосходят мирские Сантхара-вагга следует тому же образцу, что и Дана-вагга, излагая ещё одну серию пар, сравнивающих материальное и Дхамму: приём (сантхара), радушное приветствие, поиск (эсана, парийесана, парийеттхи), почитание, гостеприимство (атитхейя), сверхобычная сила, рост, драгоценность, накопление и изобилие. Каждая пара завершается выводом, что относящееся к Дхамме всегда превосходит материальное, подчёркивая, что духовная ценность во всех аспектах жизни выше материальной.
Page 118–120 Самапатти-вагга: пары качеств роста и упадка; конец третьей пятидесятки Серия коротких сутт излагает парные качества — и те, что следует развивать, и те, что следует оставлять: искусность в достижениях и в выходе из достижений; прямота и мягкость; терпение и кротость; неохраняемые двери чувств и незнание меры в еде (сторона упадка) в сравнении с охраняемыми дверями и знанием меры (сторона роста); сила размышления и сила развития; успокоение и прозрение; упадок нравственности и упадок воззрения; чистота нравственности и воззрения; осознанность и ясное понимание. В ко
Page 120–123 Сутты вне пятидесяток: различные пары загрязнений и их плоды в благом и дурном уделах Группа сутт, не включённых в пятидесятки, в сокращённой форме (пеййяла) по одному образцу излагает различные пары загрязнений, такие как гнев и затаённая обида, пренебрежение и соперничество, зависть и скупость, обман и хитрость, бесстыдство и отсутствие боязни проступков, а также противоположные им благие пары. Показывается, что обладающий этими загрязнениями живёт в страдании, лишается качеств обучающегося и после смерти рождается в аду, а свободный от них живёт счастливо, не приходит в упадок
Page 123–124 Две причины установления правил обучения и различных предписаний дисциплины Сутта объясняет, что Татхагата устанавливает для учеников правила обучения и различные предписания по двум причинам: ради благополучия Сангхи и обуздания бесстыдных людей; ради защиты от загрязнений (асава) и опасностей вражды как в настоящем, так и в будущем; из сострадания к домохозяевам и чтобы пресечь путь людям с дурными желаниями; и ради устойчивости истинной Дхаммы. Тем же принципом объясняются причины Патимоккхи и различных действий Сангхи в дисциплине, таких как действие порицания, назн
Page 125 Два качества, которые следует развивать для непосредственного знания страсти и различных загрязнений; конец Дуканипаты Последняя сутта Дуканипаты показывает, что два качества — успокоение и прозрение — следует развивать для непосредственного знания, полного постижения, уничтожения, угасания, прекращения и отпускания страсти; затем тот же образец распространяется на множество других загрязнений: ненависть, заблуждение, гнев, затаённую обиду, пренебрежение, соперничество, зависть, скупость, обман, хитрость, упрямство, запальчивость, самомнение, высокомерие, опьянение и беспечность. Это показывает, что успокоение и
Page 127–128 Начало Тиканипаты, Бала-вагга: все опасности исходят от глупцов Начинаются Тиканипата (Книга троек) и первая глава — Бала-вагга. В Джетаване Будда говорит, что все возникающие опасности, бедствия и невзгоды исходят от глупцов, а не от мудрых. Он сравнивает: как огонь, вспыхнувший в хижине из травы или тростника, может перекинуться и сжечь даже хорошо оштукатуренный дом с остроконечной крышей, с плотно закрытыми дверями и окнами, так и опасность от глупцов распространяется широко и причиняет вред. Поэтому Будда учит избегать трёх качеств глупца и придерживать
Page 128–129 Черты глупца и мудрого в теле, речи и уме Две короткие сутты объясняют, что глупец и мудрый различаются поступками: у глупца дурное поведение телом, речью и умом, а у мудрого — благое поведение телом, речью и умом. Затем излагаются три признака и дела глупца — дурные мысли, дурные слова и дурные поступки, — по которым мудрые узнают глупца, недостойного человека, в отличие от мудрого, думающего хорошее, говорящего хорошее и делающего хорошее, по чему мудрые узнают достойного человека.
Page 130–131 Глупец не видит своих проступков, мудрый спрашивает и отвечает обдуманно Серия коротких сутт излагает различные черты, отличающие глупца от мудрого: глупец не видит проступка как проступка, увидев, не исправляет его в согласии с Дхаммой и не принимает, как подобает по Дхамме, извинения других; мудрый во всём поступает противоположно. Кроме того, говорится о глупце, который задаёт вопросы и отвечает на них необдуманно и не радуется, когда другие хорошо отвечают, в отличие от мудрого, который спрашивает и отвечает обдуманно и радуется хорошему ответу; а также о неблаги
Page 131–133 Вредоносные действия глупца и три пятна, ведущие в ад или на небеса; конец Бала-вагги Сутта показывает, что у глупца телесные, речевые и умственные действия причиняют вред (сабъяпаджджха), а у мудрого — не причиняют вреда (абъяпаджджха). Это подводит к последней сутте главы — о трёх пятнах: безнравственности, зависти и скупости. Если не оставить эти пятна, после смерти человек рождается в аду, словно его туда отнесли и оставили; если же оставить их, после смерти он рождается на небесах. Этим завершается первая глава — Бала-вагга — с итоговыми строфами (уддана).
Page 133–134 Начало Ратхакара-вагги: известный монах ведёт людей к гибели или к пользе Начинается вторая глава — Ратхакара-вагга. Показывается, что хорошо известный монах (ньятака-бхиккху), если побуждает людей к телесным и речевым действиям и воззрениям, не согласным с Дхаммой, действует во вред и к несчастью множества людей — и божеств, и людей; а монах, побуждающий людей к правильному, действует ради пользы и счастья множества людей. Это отражает ответственность влиятельных религиозных деятелей перед обществом.
Page 134–135 То, что следует помнить всю жизнь царю-кшатрию и монаху Сутта сравнивает три вещи, которые помазанный на царство царь-кшатрий должен помнить всю жизнь, — место своего рождения, место помазания и место победы в битве, — с тремя вещами, которые монах так же должен помнить всю жизнь: место ухода в монашество, место, где он постиг Четыре благородные истины в соответствии с действительностью, и место, где он достиг освобождения от загрязнений (асава) благодаря высшей мудрости. Это показывает, что поворотные моменты в жизни монаха сравнимы с важнейшими соб
Page 135–137 Три типа людей в отношении надежды: безнадёжный, надеющийся и оставивший надежду, потому что она исполнилась Будда излагает три типа людей в мире в отношении надежды. Он приводит пример человека низкого происхождения, у которого нет никакой надежды стать царём (нираса), в сравнении с ещё не помазанным сыном царя, у которого есть надежда (асамса), и с уже помазанным царём, который оставил надежду, потому что она исполнилась (вигатаса). Затем он соотносит это с монахами: безнравственный монах, у которого нет надежды на освобождение, нравственный монах, ещё надеющийся на освобождение, и архат, уничтоживши
Page 137–139 Праведный вселенский монарх и Татхагата, вращающий колесо Дхаммы Будда говорит, что даже праведный вселенский монарх опирается на Дхамму как на своего «царя»: он чтит Дхамму, держит Дхамму как знамя и главенство и потому обеспечивает праведную охрану и защиту людям при дворе и всем сословиям подданных, так что его колесо распространяется, и никто не может ему противостоять. Будда сравнивает себя с ним: он тоже опирается на Дхамму, чтит Дхамму и вращает непревзойдённое колесо Дхаммы в отношении телесных, речевых и умственных действий, которому никто в мире не
Page 139–142 Рассказ о царе Паччетане и колесном мастере: поспешно сделанное колесо и тщательно сделанное колесо Рассказ-сравнение о колесном мастере царя Паччетаны, который шесть месяцев тщательно делал одно колесо, пока в нём не осталось изъянов, а другое колесо поспешно сделал всего за шесть дней. Когда оба колеса покатили, поспешно сделанное зашаталось и упало, а тщательно сделанное катилось прямо, словно было насажено на ось. Будда открывает, что в прошлой жизни он был этим колесным мастером, искусным в искривлениях дерева, а ныне он искусен в искривлениях и изъянах тела, речи и ума. Монахи, не остави
Page 142–144 Верный путь к уничтожению асав: охрана чувств, умеренность в еде, бодрствование Сутта излагает три качества, благодаря которым монах следует верным, безошибочным путём и правильно начинает дело уничтожения асав: сдержанность шести органов чувств, когда при восприятии объектов не цепляются за их общие признаки и частные детали; знание меры в еде, когда едят, размышляя, что пища нужна для поддержания тела и святой жизни, а не для забавы или украшения себя; и усердие в бодрствовании, то есть очищение ума от препятствующих состояний посредством медитации при ходьбе и сидячей ме
Page 144–145 Поступки, вредящие себе и другим, и стыд за стремление к небесам через святую жизнь Короткая сутта показывает, что дурное поведение телом, речью и умом ведёт к вреду себе, другим и обоим, тогда как благое поведение телом и прочим не вредит никому. Затем Будда говорит: если странствующие аскеты других учений спросят, ведёт ли Он святую жизнь ради рождения в мире богов, монах должен испытывать неловкость, стыд и отвращение. Ведь если даже небесное благополучие богов вызывает неловкость как цель святой жизни, то тем более следует испытывать неловкость и стыд перед самим дурным пов
Page 145–148 Сравнение с торговцем: условия роста богатства и благих качеств; окончание Ратхакара-вагги Будда сравнивает торговца, который не прилежен в торговле ни утром, ни днём, ни вечером и потому не может ни приобрести, ни приумножить имеющееся богатство, с монахом, который не сосредоточивается на признаке сосредоточения в эти три времени дня и потому не достигает благих качеств. Затем Он излагает три качества, благодаря которым торговец быстро преуспевает: зоркий глаз (знает цену товару), умелость (умеет покупать и продавать) и надёжная опора (пользуется доверием богачей). Им соответствуют у
Page 148–151 Начало Пуггала-вагги: свидетель телом, достигший воззрением, освобождённый верой – кто выше? Сарипутта, Савиттха и Махакоттхита обсуждают, кто из трёх типов людей выше: свидетель телом (каясаккхи), достигший воззрением (диттхиппатта) или освобождённый верой (саддхавимутта). Каждый считает лучшим того, кто соответствует его собственной преобладающей способности (соответственно вере, сосредоточению, мудрости). Не придя к согласию, они идут спросить Будду. Он отвечает, что трудно однозначно решить, кто выше, так как каждый из этих людей может находиться на разных ступенях практики – от пра
Page 151–153 Сравнение с тремя типами больных: почему разрешены лекарства и почему нужно учить Дхамме Будда описывает три типа больных в мире: тот, кто не выздоровеет, получит ли он подходящую пищу, лекарства и уход или нет; тот, кто выздоровеет, получит ли он всё это или нет; и тот, кто выздоровеет лишь при условии, что получит подходящую пищу, лекарства и уход. Именно из-за последнего в Винае разрешены пища для больных, лекарства для больных и уход за больными. Затем Он сравнивает это с тремя типами слушателей Дхаммы: лишь средний тип достигает правильности в благих качествах только тогда, ког
Page 153–154 Три типа людей по накопленным волевым действиям: в мир страдания, счастья или смешанный Сутта описывает три типа людей по характеру действий тела, речи и ума, сформированных ими как привычка. Тот, кто формирует причиняющие вред действия (сабьяпаджжха), попадает в мир исключительного страдания, подобно существам ада. Тот, кто формирует не причиняющие вреда действия (абьяпаджжха), попадает в мир исключительного счастья, подобно богам Субхакинха. А тот, кто формирует оба вида действий вперемешку, попадает в мир, где счастье и страдание смешаны, подобно людям и некоторым богам, а также
Page 155 Три типа людей, оказывающих величайшую помощь Сутта описывает три типа людей, оказывающих другому большую помощь: того, благодаря кому человек принимает прибежище в Будде, Дхамме и Сангхе; того, благодаря кому он постигает Четыре благородные истины как они есть; и того, благодаря кому он достигает освобождения от асав через высшую мудрость. Последний оказывает наивысшую помощь – нет никого, кто помог бы больше, и никакое воздаяние не будет достаточным, даже поклоны, вставание навстречу или поднесение четырёх необходимых вещей.
Page 155–157 Ум, подобный язве, молнии и алмазу Сутта сравнивает три типа людей по свойствам их ума. У гневливого, легко раздражающегося человека ум подобен гноящейся язве, из которой от прикосновения ветки или камня тут же вытекает сукровица. У того, кто постиг Четыре благородные истины как они есть, ум подобен вспышке молнии, позволяющей на мгновение увидеть формы во тьме. А у араханта, уничтожившего асавы, ум подобен алмазу, который ничто в мире не может разрушить или пробить. Это сравнение показывает степени устойчивости ума в зависимости
Page 157–158 С кем следует и с кем не следует общаться, по нравственности, сосредоточению и мудрости Сутта описывает три типа людей с точки зрения общения: с тем, кто ниже тебя в нравственности, сосредоточении и мудрости, не следует общаться, разве что из сочувствия и сострадания; с равным следует общаться, потому что можно гладко беседовать о нравственности, сосредоточении и мудрости; с тем, кто выше тебя, следует общаться с почтением, чтобы восполнить собственные недостатки. В заключение приводятся строфы: кто водится с худшими, тот приходит в упадок; кто водится с равными, не приходит в упад
Page 158–161 Люди, которых следует сторониться, к которым следует быть равнодушным и с которыми следует общаться Сутта описывает три типа людей, к которым следует относиться по-разному. Безнравственного человека следует сторониться и вовсе не общаться с ним: он подобен змее, вымазанной в нечистотах, которая, даже не укусив, пачкает и оставляет зловоние, – и дурная слава общающегося с ним тоже распространяется. К гневливому, легко раздражающемуся человеку следует относиться с невозмутимостью и не сближаться с ним: он подобен гноящейся язве, или полену эбенового дерева, которое с треском раскалывается в огне
Page 161–162 Говорящий подобно нечистотам, подобно цветам и подобно мёду Сутта сравнивает три типа людей по их речи. Говорящий подобно нечистотам – это свидетель, который на допросе намеренно лжёт ради себя, ради других или ради малой выгоды. Говорящий подобно цветам – это свидетель, который говорит правду о том, что знает и видел, не прибегая к намеренной лжи. Говорящий подобно мёду – это тот, кто оставил грубую речь и говорит лишь мягкие, приятные, радующие сердце слова, любимые многими. Сутта показывает образец правдивой и благозвучной речи, которого следует приде
Page 162–164 Слепой, одноглазый и двуглазый Сутта сравнивает три типа людей по глазам мудрости. Слепой не имеет ни глаза, чтобы добывать богатство, ни глаза, чтобы различать благое и неблагое. Одноглазый имеет лишь глаз для добывания богатства, но не имеет глаза для познания Дхаммы, поэтому добывает богатство и праведными, и неправедными способами – воровством, обманом, ложью – и в конце концов попадает в ад. Двуглазый имеет и глаз для добывания богатства, и глаз для познания Дхаммы, поэтому добывает богатство праведно и усердно, затем с
Page 164–165 Мудрость, подобная перевёрнутому горшку, и мудрость, подобная подолу (начало сутты, не завершено) Начало сутты о трёх типах людей по тому, как они слушают Дхамму. Первый тип – «мудрость, подобная перевёрнутому горшку»: человек регулярно ходит слушать Дхамму, но не вникает в содержание ни в начале, ни в середине, ни в конце – как вода, вылитая на перевёрнутый горшок, стекает и не задерживается. Второй тип – «мудрость, подобная подолу»: человек внимательно слушает во время слушания, но всё забывает, поднявшись с места, – как лакомства, лежащие на коленях, рассыпаются, когда человек по невнимат
Page 166–167 Человек обширной мудрости (путхупання); окончание Пуггала-вагги Заключительная часть сутты, начатой ранее этого тома. Сравниваются три типа людей, регулярно слушающих Дхамму у монахов: человек с перевёрнутой мудростью (ничего не запоминает), человек с мудростью, подобной подолу (запоминает, но легко забывает), и человек обширной мудрости (выслушав, понимает и действительно помнит); используется сравнение с перевёрнутым горшком, в котором не удерживается вода. В конце строфы подытоживают ценность обширной мудрости: такой человек практикует Дхамму в соответств
Page 167–168 Семья, подобная обители Брахмы Начало четвёртой, Девадута-вагги. Будда говорит, что семья, в которой дети почитают мать и отца в своём доме, как будто имеет в доме Брахму, первых учителей и достойных подношений, потому что мать и отец заботятся о детях, растят их и показывают им этот мир. В заключение строфы учат, что мудрый сын должен почитать мать и отца и служить им едой, питьём, одеждой, омовением и растиранием ног, ибо за это его восхваляют в этом мире и ждёт счастье в мире ином.
Page 168–171 Сосредоточение, свободное от представлений «я» и «моё» Ананда спрашивает Будду, каким должно быть сосредоточение монаха, чтобы он не принимал тело и внешние объекты за «я» и «моё». Будда отвечает: когда монах видит, что успокоение всех формаций, отказ от всех привязанностей (упадхи), уничтожение жажды, ниббана – самое спокойное и возвышенное, он достигает такого сосредоточения; при этом Он ссылается на строфы Параяна-сутты, «Вопросы Пуннаки». Затем с тем же вопросом приходит Сарипутта, и Будда отвечает так же, ссылаясь на строфы «Вопросов Удаи». Обе
Page 171–173 Три источника действий (каммы) Будда показывает, что алчность, ненависть и заблуждение являются источниками неблагих действий. Действия, порождённые ими, приносят плоды в том существовании, где рождается человек, подобно тому как хорошие семена, посеянные на хорошем поле, дают обильные всходы. Не-алчность, не-ненависть и не-заблуждение являются источниками благих действий; а когда алчность, ненависть и заблуждение уничтожены, эти действия вырваны с корнем и больше не приносят плодов, подобно семенам, сожжённым огнём, которые
Page 173–175 Хаттхака Алавака сутта – О Хаттхаке из Алави Хаттхака, юноша из Алави, встречает Будду, пребывающего в роще деревьев симсапа зимой, и с сомнением спрашивает, хорошо ли Он спит, ведь стоит холод, а подстилка совсем простая. Будда в ответ задаёт ему встречный вопрос со сравнением: домохозяин с роскошным тёплым дворцом всё равно может спать мучительно, если его ум обжигают страсть, ненависть и заблуждение. Сам же Он окончательно оставил страсть, ненависть и заблуждение и потому спит счастливо даже в простом месте. В конце строфы говорят, что
Page 175–180 Девадута сутта – О божественных вестниках Будда излагает учение о трёх божественных вестниках – старости, болезни и смерти, которые являются каждому человеку. Когда тот, кто совершал дурные поступки, после смерти рождается в аду, царь Яма спрашивает его, видел ли он этих вестников и осознал ли, что нужно творить добро. Когда тот отвечает, что был беспечен и не делал этого, Яма указывает, что эти дурные поступки он совершил сам и сам же должен пожинать их плоды. Затем подробно описываются разнообразные наказания в аду, чтобы предостеречь
Page 180–182 Вестники Четырёх Великих Царей проверяют соблюдение упосатхи Будда говорит, что в восьмой, четырнадцатый и пятнадцатый дни каждой половины месяца советники-свита и сыновья Четырёх Великих Царей, а также сами Четыре Великих Царя поочерёдно обходят мир людей, проверяя, много ли людей хорошо относятся к матери и отцу и соблюдают упосатху. Затем они сообщают об этом богам Таватимсы в зале Судхамма. Если люди творят мало добра, боги недовольны, опасаясь, что сонм богов придёт в упадок, а асуры усилятся; если же люди творят много добра, боги радуются. Это показ
Page 182–183 Строфа Сакки об упосатхе Сакка, владыка богов, однажды произнёс перед богами Таватимсы строфу о том, что всякий, кто подобен ему, должен соблюдать упосатху в важные дни каждой половины месяца. Будда замечает, что Сакка произнёс эту строфу нехорошо, потому что сам Сакка ещё не освободился от страсти, ненависти, заблуждения, рождения, старения и смерти и потому не вправе так говорить. Произносить эту строфу подобает скорее монаху-араханту, уничтожившему асавы, ибо он действительно освободился от рождения, старения, смерти
Page 183–186 Изнеженная жизнь Будды и три опьянения Будда рассказывает о своей чрезвычайно роскошной жизни в бытность принцем: пруды с лотосами, одежды из Каси, три дворца для разных времён года. Но когда Он осознал, что Он сам так же подвержен старости, болезни и смерти, как и другие, к которым прежде испытывал отвращение, Он полностью оставил опьянение молодостью, опьянение здоровьем и опьянение жизнью (три мады). Далее Он объясняет, что необученный обычный человек, опьянённый этим, совершает дурные поступки телом, речью и умом и попадает в дур
Page 186–190 Три главенствующих начала; окончание Девадута-вагги Будда излагает три главенствующих начала (адхипатейя – то, что принимается за главное) для монаха, живущего в лесу: главенство себя (аттадхипатейя – стыд вести себя недостойно того, ради чего он ушёл в монахи, то есть освобождения от страдания), главенство мира (локадхипатейя – опасение, что отшельники, брахманы или боги с божественным зрением узнают о его низости) и главенство Дхаммы (дхаммадхипатейя – почтение к хорошо изложенной Дхамме и Винае). Все три побуждают оставить неблагое и развивать
Page 190–192 Раздел о вере и даянии (Чула-вагга) Начало Чула-вагги (малого раздела) второй части из пятидесяти сутт. Собраны несколько коротких сутт о вере и даянии: верующий сын из хорошей семьи обретает много заслуг, когда сочетаются вера, предмет дара и достойный получатель; признаки, по которым можно узнать, что человек обладает верой (желает видеть нравственных, желает слушать Дхамму, свободен от скупости); польза изложения Дхаммы другим; условия, при которых беседа о Дхамме проходит хорошо; и три вещи, установленные мудрыми и благородным
Page 192–193 Признаки обусловленного и необусловленного и большое дерево в Гималаях Будда показывает, что обусловленное (санкхата) имеет три признака: заметны его возникновение, исчезновение и изменение во время существования. Ниббана же (асанкхата) противоположна – эти три признака у неё не заметны. Затем Он сравнивает: как большое дерево сала в Гималаях растёт ветвями, листьями, корой и сердцевиной, так и семья, опирающаяся на верующего домохозяина, растёт верой, нравственностью и мудростью. Жена, дети, родственники, друзья и живущие при нём – все растут, следуя примеру главы
Page 193–196 Три основания усилия и великий разбойник в сравнении с дурным монахом (окончание Чула-вагги и первой пятидесятки) Будда излагает три основания, на которых следует прилагать усилие: усилие не допустить возникновения ещё не возникшего неблагого, усилие вызвать ещё не возникшее благое и усилие терпеливо переносить уже возникшие телесные болезненные ощущения. Затем Он сравнивает великого разбойника, обладающего тремя качествами – опорой на неровную местность, опорой на густые заросли и опорой на силу (покровительство влиятельных людей), – благодаря чему он успешно грабит, с дурным монахом, чьи тело, речь и ум н
Page 197–199 Два старых брахмана просят наставления Начало второй пятидесятки, первая, Брахмана-вагга. Два старых брахмана приходят к Будде и просят дать им наставление для их долгого блага и счастья. Он говорит, что мир уносится (упанияти) старостью, болезнью и смертью и никто не может этому противостоять; лишь сдержанность тела, речи и ума станет прибежищем после ухода из жизни. В следующей сутте те же два брахмана снова приходят с вопросом, и на этот раз Он приводит сравнение: мир охвачен пламенем старости, болезни и смерти, и мудрый должен вы
Page 199–203 Дхамма, видимая здесь и сейчас, и ниббана, видимая здесь и сейчас Три сутты, в которых разные брахманы спрашивают о значении выражений «Дхамма, которую достигший видит сам» (сандиттхика-дхамма) и «ниббана, видимая самому». Будда каждый раз объясняет одинаково: тот, чей ум охвачен страстью, ненавистью и заблуждением, замышляет вред себе, другим и обоим; когда эти омрачения оставлены, он больше не замышляет вреда – это и есть Дхамма, видимая самому, не зависящая от времени. Последняя сутта этой группы (брахман Джанусони) говорит именно о ниббане как о полном, бе
Page 203–204 Почему людей в наши дни стало меньше Богатый брахман спрашивает, почему в прежние времена страна была густо населена людьми, а теперь людей стало меньше. Будда объясняет три причины: люди нынешнего времени охвачены недолжной страстью и неправедной жадностью и потому берут острое оружие и убивают друг друга; из-за этого дожди не выпадают в должное время и наступает голод; а якши насылают хищных зверей и нелюдей, которые нападают на людей. Всё это – следствие неблагих поступков самих людей.
Page 204–207 Странник Ваччхаготта: даяние и отказ от сословных различий Странник Ваччхаготта спрашивает о слухе, будто Будда учит давать дары только Ему и Его ученикам. Будда отвергает это и говорит, что тот, кто препятствует другим давать дары, создаёт помеху заслугам дающего, препятствует получению даров получающим и прежде всего вредит самому себе. Даже тот, кто выливает воду после мытья посуды для существ в сточной яме, обретает заслугу, но дар нравственному человеку приносит больший плод, чем дар безнравственному. В конце приводятся знаменитые строфы: к какому
Page 207–212 Брахман Тиканна: истинное тройное знание Брахман Тиканна восхваляет брахманов-«тевиджджа» (обладающих тройным знанием) в прежнем значении – тех, кто чист по происхождению и изучил три Веды. Будда показывает совершенно иное значение тевиджджа в Дхамме и Винае Благородных: это монах, который развил четыре джханы до чистоты ума и достиг трёх знаний – знания воспоминания прежних жизней (пуббениваса-нуссати-ньяна), знания смерти и рождения существ согласно их поступкам (чутупапата-ньяна) и знания уничтожения асав (асавакхая-ньяна) через пос
Page 212–214 Брахман Джанусони: тройное знание (повтор того же содержания) Брахман Джанусони задаёт тот же вопрос, что и брахман Тиканна, о значении тевиджджа применительно к тому, кто достоин получать подношения. Будда даёт ответ совершенно того же содержания: брахманское определение тевиджджа по рождению и благородное определение тевиджджа как достижения трёх знаний через развитие джхан – совершенно разные вещи, и благородное тевиджджа выше. В конце брахман объявляет себя мирянином-последователем, как и в предыдущей сутте.
Page 214–220 Брахман Сангарава: жертвоприношение и уход в монахи; три чуда Брахман Сангарава спрашивает, что приносит больше заслуг: жертвоприношение, в котором участвуют многие, или уход в монахи ради совершенствования одного себя. Будда встречным вопросом показывает, что когда Учитель учит, за Ним практикуют тысячи и сотни тысяч, так что уход в монахи – путь заслуг, распространяющийся шире. Когда Ананда вновь спрашивает, какой путь лучше, брахман Сангарава несколько раз уклоняется от прямого ответа. Тогда Будда переводит разговор на три чуда: чудо сверхъестественной
Page 221–222 Окончание Брахмана-вагги: чудо чтения мыслей Заключительная часть сутты, продолжающейся с предыдущего раздела. Будда объясняет брахману способность проникать в ум других (адесана-патихария): Он знает размышления практикующего сосредоточение и может посоветовать оставить мысли, о которых не следует думать. Брахман спрашивает, есть ли другие монахи, обладающие этим чудом; Он отвечает, что их много. Брахман, преисполнившись веры, принимает прибежище в Трёх Драгоценностях. В конце приводятся строфы-уддана, подытоживающие первую, Брахмана-ваггу
Page 222–228 Титтхаятана сутта – Три внешних учения и учение Будды Будда указывает на три учения, которых придерживаются аскеты других школ: всё – следствие прошлых действий (пуббекатахету), всё сотворено Владыкой (иссаранимманахету) и всё происходит без причин и условий (ахету-аппаччая). Он показывает, что если действительно так верить, то и всякое зло придётся считать порождённым той же причиной, и тогда не будет ни желания, ни усилия различать, что следует делать, а что нет, – так эти учения справедливо опровергаются. Затем Он излагает Дхамму, которую никто
Page 228–231 Опасности, разлучающие мать и сына, и опасности, не разлучающие их Будда излагает три опасности, которые обычные люди называют «опасностями, разлучающими мать и сына»: пожар, наводнение и смуту от лесных разбойников. Но Он указывает, что даже когда мать и сын могут найти друг друга, существуют три настоящие опасности, в которых никто не может помочь другому: старость, болезнь и смерть. Мать не может попросить, чтобы сына они миновали вместо неё. И Он указывает, что Благородный восьмеричный путь – единственный путь, ведущий к избавлению от всех этих опасностей.
Page 231–237 Уччасаяна-махасаяна сутта – В Венагапуре Будда в странствии приходит в деревню Венагапура. Брахманы-домохозяева приходят к Нему и восхваляют Его облик. Брахман Ваччхаготта спрашивает о высоких и роскошных ложах (уччасаяна-махасаяна), которыми не подобает пользоваться отшельникам. Будда же говорит, что Он без труда обретает три вида ложа: небесное ложе (вхождение в четыре джханы при ходьбе, стоянии, сидении и лежании), ложе Брахмы (излучение доброжелательности, сострадания, сорадования и невозмутимости) и благородное ложе (окончательное
Page 237–241 Сарабха сутта – Странник, ложно хвалившийся Странник по имени Сарабха, покинув Дхамму и Винаю, объявил перед собранием жителей Раджагахи, что он до конца познал Дхамму отшельников – сыновей Сакьев и потому ушёл. Монахи сообщили об этом Будде. Будда отправился к Сарабхе и трижды спросил его, какую же Дхамму он познал. Сарабха все три раза молчал и не мог ответить. Когда Будда ушёл, другие странники высмеяли Сарабху сравнением с шакалом, который хвалится, что издаст львиный рык, а издаёт лишь шакалий вой.
Page 241–248 Калама сутта (Кесапуттия сутта) – Каламам Каламы из городка Кесапутта были в замешательстве, потому что проходившие мимо разные отшельники и брахманы превозносили лишь свои учения и порицали чужие, и они спросили Будду, кому же верить. Он дал им знаменитое наставление: не верить лишь потому, что это передано по слуху, записано в текстах, логически выведено или исходит от уважаемого учителя, а самим исследовать, ведёт ли это учение к алчности, ненависти, заблуждению и вреду. Ясно поняв, что неблагое следует оставить, – оставлять; а благо
Page 248–253 Сальха сутта: Нандака наставляет внуков Мигары Досточтимый Нандака излагает Сальхе и Рохане, внукам Мигары, Дхамму того же рода, что и в Калама сутте, показывая им увидеть самим, что алчность, ненависть и заблуждение побуждают людей совершать пять видов зла и приносят страдание, а не-алчность, не-ненависть и не-заблуждение ведут к счастью. Ясно увидев это, следует оставить дурное и придерживаться благого, затем излучать четыре брахмавихары и развивать мудрость, пока ум не освободится от всех асав и не достигнет покоя и прохлады, подобно Брах
Page 253–256 Катхаваттху сутта: признаки того, с кем стоит беседовать о Дхамме Будда излагает темы бесед, относящиеся к трём временам: прошлому, будущему и настоящему, и учит, как распознать, «с кем стоит беседовать» и «с кем не стоит»: по тому, отвечает ли человек на вопросы прямо, с разбором, встречным вопросом или откладывает ответ, как подобает, и по тому, держится ли он принципов, не уклоняясь и не проявляя гнева. В заключение строфы учат благородных людей беседовать о Дхамме спокойно, не стремясь победить, не придираясь и радуясь хорошим словам других.
Page 256–258 Различия между страстью, ненавистью и заблуждением Будда учит монахов отвечать на вопрос аскетов других учений так: страсть мало порицаема, но медленно проходит; ненависть весьма порицаема, но быстро проходит; а заблуждение весьма порицаемо и медленно проходит. Затем Он объясняет условия, при которых страсть, ненависть и заблуждение возникают или усиливаются, – неразумное внимание к привлекательным или раздражающим объектам, – и условия, при которых они не возникают или оставляются, – разумное внимание, а также развитие освобождения ума доброжел
Page 258–263 Акусаламула сутта и Кусаламула сутта – О корнях неблагого и благого Будда излагает три корня неблагого – алчность, ненависть и заблуждение, – из-за которых люди причиняют вред другим убийством, заключением в оковы или ложью; такого человека называют говорящим не вовремя, говорящим ложь, говорящим бесполезное. Противоположны им три корня благого – не-алчность, не-ненависть и не-заблуждение, – благодаря которым человек говорит правду и вовремя. Он приводит сравнение: как дерево, опутанное лианами, погибает, так и человек с корнями неблагого приходит к гибели; но е
Page 287 Непоколебимая вера в Три Драгоценности Благословенный учит Ананду, что из сострадания следует побуждать друзей, советников, родственников и кровную родню утвердиться в непоколебимой вере (авеччаппасада) в Будду, Дхамму и Сангху, и приводит формулы восхваления качеств каждой из них. Он подтверждает, что невозможно, чтобы благородный ученик с такой верой родился в аду, в утробе животного или в мире голодных духов, – это вернее, чем возможность изменения природы четырёх великих элементов.
Page 287–289 Ананда спрашивает о значении «существования» (бхава) Ананда дважды спрашивает Благословенного, что такое «существование». Он объясняет сравнением: действие подобно полю, сознание – семени, а жажда – влаге, благодаря которой сознание утверждается в низшем элементе (чувственное существование), среднем (существование форм) или возвышенном (бесформенное существование), что становится причиной нового существования в будущем. Оба раза содержание почти одинаково и отличается лишь мелкими деталями.
Page 289 Приносят ли плод все обеты, обряды и святая жизнь Ананда спрашивает, одинаково ли плодотворны все виды обетов, обрядов и святой жизни. Благословенный говорит, что не всегда: это зависит от того, растут ли при их соблюдении неблагие качества или благие. Если растёт неблагое, это считается бесплодным; если растёт благое – плодотворным. Ананда верно проводит это различие, так что Учитель доволен и хвалит его, говоря, что Ананда – ученик (секха), с которым трудно найти равного по мудрости.
Page 291 Аромат, идущий против ветра Ананда спрашивает о трёх видах аромата – аромате корней, аромате сердцевины и аромате цветов, которые распространяются лишь по ветру, – и о том, есть ли аромат, который распространяется и по ветру, и против ветра. Благословенный говорит, что есть: это аромат доброй славы человека, принявшего прибежище в Трёх Драгоценностях, нравственного, обладающего прекрасными качествами, с умом, свободным от скупости, радующегося даянию; его восхваляют отшельники, брахманы и боги во всех направлениях. В заклю
Page 291–294 Абхибху, ученик Будды Сикхи, и голос Татхагаты; окончание Ананда-вагги Ананда рассказывает, что слышал, будто Абхибху, ученик Будды Сикхи, стоя в мире Брахмы, мог сделать свой голос слышимым по всей тысячной системе миров, и спрашивает, насколько далеко может это сделать Благословенный. Он объясняет устройство вселенной разных уровней (тысячная система миров, двухтысячная и вплоть до великой тысячной) и говорит, что при желании может распространить свет и сделать свой голос слышимым по всей системе миров самого большого уровня. Ананда исполняется восторга от могуще
Page 294–295 Обязанности отшельника и сравнение с ослом, идущим за стадом коров Начало четвёртой, Самана-вагги. Благословенный говорит, что у отшельника три обязанности: принять на себя обучение высшей нравственности, высшему уму и высшей мудрости. Затем Он приводит сравнение с ослом, который идёт за стадом коров и кричит: «Я тоже корова!», хотя у него нет ни облика, ни голоса, ни следов настоящей коровы. Так и некоторые монахи следуют за общиной, но не имеют, как другие монахи, настоящего стремления к тройному обучению.
Page 335 Отшельники и брахманы, познавшие мир; пение и танцы; ненасытность Будда говорит, что отшельники и брахманы, которые не познали в соответствии с действительностью привлекательность мира, его опасность и выход из него, не считаются истинными отшельниками или брахманами, а познавшие достойны этого имени. Затем Он учит, что в Винае Благородных пение подобно плачу, а танцы – безумию, и говорит о трёх вещах, которыми невозможно пресытиться: сон, употребление хмельного и половая связь.
Page 335–338 Анатхапиндика сутта: охраняемый и неохраняемый ум Будда говорит домохозяину Анатхапиндике, что когда ум не охраняется, то не охраняются и действия тела, речи и ума; поэтому они пропитываются омрачениями и загнивают, что приводит к недоброй смерти. Это подобно дому с остроконечной крышей, плохо покрытому: и крыша, и стены протекают и приходят в негодность. Напротив, охраняемый ум делает все три вида действий чистыми и ведёт к доброй смерти, как хорошо покрытый дом не протекает. Вторая сутта учит тому же, используя вместо этого выражения «ум, пол