Однажды достопочтенный Махакаччана проживал в Мадхуре, в роще Чунды. И тогда брахман Кандараяна подошёл к достопочтенному Махакаччане и обменялся с ним приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал ему: «Господин Каччана, я слышал следующее: «Этот отшельник Каччана не выражает почтения тем брахманам, которые старые, пожилые, отягощены годами, много прожившие, чьи дни подходят к концу. Он не встаёт перед ними и не предлагает им сиденья». И это действительно правда, ведь господин Каччана не выражает почтения тем брахманам, которые старые, пожилые, отягощены годами, много прожившие, чьи дни подходят к концу, не встаёт перед ними и не предлагает им сиденья. Не подобает так делать, господин Каччана». «Брахман, Благословенный, совершенный, полностью просветлённый, зная и видя, провозгласил уровень старца и уровень юнца. Даже если некий человек стар и ему восемьдесят, девяносто или же сто лет от рождения и при этом он наслаждается чувственными удовольствиями, пребывает в чувственных удовольствиях, сгорает во взбудораженности от чувственных удовольствий, поглощён мыслями о чувственных удовольствиях, жаждет поисков чувственных удовольствий, то он считается глупым старцем. Но даже если некий человек молод, черноволос, наделён благословением молодости на первом этапе жизни и при этом если он не наслаждается чувственными удовольствиями, не пребывает в чувственных удовольствиях, не сгорает во взбудораженности от чувственных удовольствий, не поглощён мыслями о чувственных удовольствиях, не жаждет поисков чувственных удовольствий, тогда он считается мудрым старцем».