“Хорошо, монахи. Я тоже никогда не видел и не слышал о таком. Как вы думаете, монахи? Видели ли вы или слышали ли вы когда-нибудь о том, чтобы царский чиновник… …любимый сын… …военачальник… …старейшина деревни… …глава гильдии, осуществляющий владычество над гильдией всю свою жизнь, тратил бы столько времени, сколько хотел, на удовольствие отдыха, удовольствие лености, удовольствие сна?” “Нет, почтенный”. “Хорошо, монахи. Я тоже никогда не видел и не слышал о таком. Как вы думаете, монахи? Видели ли вы или слышали ли вы когда-нибудь о том, чтобы жрец или отшельник тратил бы столько времени, сколько хотел, на удовольствие отдыха, удовольствие лености, удовольствие сна. Он бы не охранял двери органов чувств, был бы неумеренным в еде, не предавался бы бодрствованию. У него не было бы прозрения в благие качества. Он не пребывал бы настроенным на развитие средств к просветлению в ранних и поздних периодах ночи. Слышали ли вы, чтобы такой за счёт уничтожения пятен умственных загрязнений в этой самой жизни вошёл бы и пребывал в незапятнанном освобождении ума, освобождении мудростью, зная и проявляя эти состояния для себя самостоятельно посредством прямого знания?” “Нет, почтенный”.