Оставив эти пять помех, изъянов ума, что ослабляют мудрость, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], он входит и пребывает в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием [ума на объекте медитации] с восторгом и удовольствием, что возникли из-за [этой] отстранённости. Это, брахман, называется следом Татхагаты, отметиной-царапиной Татхагаты, разрезом от бивней Татхагаты, но благородный ученик ещё не пришёл к выводу: «Благословенный – полностью просветлённый, Дхамма прекрасно изложена Благословенным, Сангха учеников Благословенного практикует благой путь». Затем, с угасанием направления и удержания [ума на объекте], он входит и пребывает во второй джхане, в которой наличествуют уверенность в себе и единение ума, в которой нет направления и удержания, но есть восторг и удовольствие, что возникли посредством сосредоточения. Это, брахман, также называется следом Татхагаты, отметиной-царапиной Татхагаты, разрезом от бивней Татхагаты, но благородный ученик ещё не пришёл к выводу: «Благословенный – полностью просветлённый, Дхамма прекрасно изложена Благословенным, Сангха учеников Благословенного практикует благой путь». Затем, с угасанием восторга, он пребывает невозмутимым, осознанным, бдительным, все ещё ощущая приятное телом. Он входит и пребывает в третьей джхане, о которой благородные говорят так: «Он невозмутим, осознан, находится в приятном пребывании». Это, брахман, также называется следом Татхагаты, отметиной-царапиной Татхагаты, разрезом от бивней Татхагаты, но благородный ученик ещё не пришёл к выводу: «Благословенный – полностью просветлённый, Дхамма прекрасно изложена Благословенным, Сангха учеников Благословенного практикует благой путь». Затем, с оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и грусти, он входит и пребывает в четвёртой джхане, которая является ни-приятной-ни-болезненной, характеризуется чистейшей осознанностью из-за невозмутимости. Это, брахман, также называется следом Татхагаты, отметиной-царапиной Татхагаты, разрезом от бивней Татхагаты, но благородный ученик ещё не пришёл к выводу: «Благословенный – полностью просветлённый, Дхамма прекрасно изложена Благословенным, Сангха учеников Благословенного практикует благой путь». Когда его ум стал таким сосредоточенным, очищенным, ярким, безупречным, избавленным от недостатков, гибким, податливым, устойчивым и непоколебимым, он направляет его к знанию воспоминаний прошлых жизней. Он вспоминает свои многочисленные прошлые жизни – одну, две, три, четыре, пять, десять, двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят, сто, тысячу, сто тысяч, многие циклы свёртывания мира, многие циклы развёртывания мира, многие циклы свёртывания и развёртывания мира, [вспоминая:] «Там у меня было такое-то имя, я жил в таком-то роду, имел такую-то внешность. Таковой была моя пища, таковым было моё переживание удовольствия и боли, таковым был срок моей жизни. Умерев там, я появился где-то ещё; и здесь у меня также было такое-то имя, я жил в таком-то роду, имел такую-то внешность. Таковой была моя пища, таковым было моё переживание удовольствия и боли, таковым был срок моей жизни. Умерев там, я появился здесь». Так он вспоминает свои многочисленные прошлые жизни в подробностях и деталях. Это, брахман, также называется следом Татхагаты, отметиной-царапиной Татхагаты, разрезом от бивней Татхагаты, но благородный ученик ещё не пришёл к выводу: «Благословенный – полностью просветлённый, Дхамма прекрасно изложена Благословенным, Сангха учеников Благословенного практикует благой путь».
